Заявление Кеннеди – начало Карибского кризиса

И действительно, вечером тогда Кеннеди выступил по телевидению с заявлением по поводу того, что мы завезли на Кубу ракеты, устанавливаем ракеты, что это направлено против Соединённых Штатов. И, по существу, Кеннеди тогда предъявил Советскому Союзу ультиматум. Феклисов... В первой беседе он, в общем, доложил. Нет, даже о первой беседе он нам не докладывал. Он рассказал об этом послу, но реакция была такая спокойная, в общем. А потом уже, когда выступил Кеннеди — собственно, с этого момента и начался так называемый Карибский кризис. Дело в том, что до этого Кеннеди имел встречу с Громыко. И на прямой вопрос Кеннеди — о ракетах, о том, что якобы Советский Союз вооружает Кубу ракетами, и что у них якобы есть непроверенная информация об этом — Громыко ответил отрицательно. Он сказал: «Ничего подобного. Никаких ракет, ничего мы не доставляем». Это буквально было 18-го или 19-го, понимаете, октября — накануне выступления. Хотя у Кеннеди уже лежали снимки, фотоснимки, произведённые самолётом U-2. И они уже имели достоверную информацию. И вот, когда состоялась эта встреча, и вечером, после предупреждения о том, что будет такое резкое заявление Кеннеди, — действительно, такое заявление состоялось. Ну и началось. И там, в Вашингтоне, и здесь, в Москве, по существу, все перешли на казарменное положение. Так как в Вашингтоне окна Белого дома круглые сутки светились, всю ночь, понимаете, освещались — и Пентагон, и ЦРУ, и ФБР, — так и у нас: и Министерство иностранных дел, и МИД, и КГБ, и, конечно, Кремль и ЦК партии — все были, понимаете, освещены, потому что действительно перешли на казарменное положение.