Тоталитаризм обречён на поражение

Видите ли, всякий тоталитаризм рано или поздно заканчивается крахом, потому что он подавляет инициативу людей на всех уровнях государственной иерархии, решения людей. А это не может служить надёжной основой для развития общества. Поэтому тоталитаризм с самого начала обречён на гибель. Он имеет стадии развития. Допустим, к 1938–1939 году Сталин добился единоличной власти, он сумел подчинить себе все звенья государственного руководства. После войны, конечно, его авторитет невероятно возрос, потому что была побеждена самая могучая военная машина. Но мы почили, как говорят, на лаврах, и эта победа, естественно, способствовала укреплению тоталитарной системы. В этом была оборотная сторона медали – этой победной медали. Оборотная сторона заключалась в том, что это позволило ещё долго и пропаганде, и политике укреплять эту систему, создавать мнение, что это наилучшая система. Но уже во времена Хрущёва обнаружились крупные изъяны в экономике. Стало ясно, что мы не можем поспевать за Западом, за научно-технической революцией. Темпы экономического развития из года в год падали, жизненный уровень у нас оставался долгие годы несравненно более низким, чем на Западе. И в начале 1980-х годов мы были на втором месте после Монголии по жизненному уровню в странах СЭВ. Понимаете? И Польша, и Венгрия превзошли нас, не говоря уж о западных странах. То есть внутренние противоречия тоталитарной системы себя проявили, и стало ясно, что нужна коренная реформа и отход от этой системы, чтобы расковать человеческую энергию. В нашей стране была скована человеческая энергия. Но насколько мы правильно всё сделали с 1985 года и после 1992 года, с января 1992 года, – это уже тема другого разговора.