«Бичьи нервы»

А потом стал меня экзаменовать, какими свойствами должен обладать нарком. Я говорю: «Товарищ Сталин, наверно, этот вопрос надо было задать перед тем, как меня назначить. А то ни вы, ни Берия, который 10 лет руководил топливными отраслями, будучи первым заместителем председателя Совмина, тогда Совнарком назывался, даже не позвонили и не спросили». Он говорит: «Товарищ Байбаков, это не ваше дело, мы свои кадры знаем. Вот назначили – вы и работайте». Ну, я после этого работал до 1955 года. Так вот, я всё-таки ответил на его вопрос, назвал, может быть, 6–7 компонентов. Я говорю: «Ну, прежде всего, нарком должен быть здоровым человеком. Второе – он должен быть специалистом в своей отрасли. Третье – он должен опираться на коллективный разум своих сотрудников». Ну и так далее. Он всё равно ходит, опять повторяет одно: «Ещё что? Ещё что? Ещё что?» Я говорю: «Товарищ Сталин, я исчерпал весь арсенал познаний, буду рад, если вы мне посоветуете что-то в моей будущей жизни наркома». Он говорит: «Всё правильно, товарищ Байбаков, вы сказали. Но главного вы не сказали». Я, как ужаленный, вскочил. Он мне трубкой по плечу стукнул слегка – я сел. И вот тут он говорит: «Нарком должен иметь бичьи нервы – не бычачьи, а бичьи. И второе – он должен быть оптимист». Ну, я возьми да и возрази. Я говорю: «Товарищ Сталин, но ведь бык на корриде – страшное животное». – «А вы видели?» Я говорю: «Нет, я не видел, но в кино смотрел». – «А вы не видели сами? На корриде не были?» Я говорю: «Нет». – «А если бы вас, товарищ Байбаков, как этого быка, засунуть в тёмную конюшню, два дня не кормить, не поить, а потом выбросить на солнечную арену, как тогда будет выглядеть бык?» И вы знаете, ровно через 20 лет я оказался в Мексике. Меня пригласила нефтяная компания, я был тогда уже председателем Государственного комитета по химии и нефти. В один из выходных дней нас пригласили на корриду. Сейчас коррида только в двух странах – это Мексика и Испания, а раньше Латинская Америка вся была, так сказать, забита этими корридами.