Я не знаю, мы, по-моему, вели себя как просто дети. Правда, я была тогда достаточно застенчивый ребёнок и поэтому слов произносила меньше, чем мои сверстники. Но это происходило не столько от хорошего воспитания, сколько, наверное, от некоторой зажатости и скованности.