Я, к сожалению, на записях, радиозаписях не бывала. А на телевизионных бывала много раз, да. Что касается аудитории – была такая в моей биографии история. Мне всё время хотелось записать те рассказы, которые он рассказывал с большой эстрады. И я всё время об этом с ним говорила. В результате – я училась тогда в балетной школе – я стала копить деньги. Мне давали рубль на обед – я этот рубль не тратила. Я скопила какую-то сумму и решила купить ему магнитофон, чтобы дома записывать какие-то домашние рассказы. Ну конечно, денег мне этих не хватало. Потом папин брат Элевтер добавил мне недостающую сумму. И мы поехали в какой-то комиссионный магазин и купили тогда очень хороший магнитофон Grundig с этими бобинами и так далее, и так далее. Я научилась нажимать на какие-то кнопки. Вообще, когда только я выставляла этот магнитофон на стол, папа растворялся тут же. По-моему, полрассказа он мне рассказал и ушёл, потому что сказал: «Ничего не получается. Мне совершенно…» Я говорила: «Ну я же твоя аудитория». Но он как-то понял, что не тот накал в рассказах. При том, что в гостях, когда могло сидеть не так уж много народа, это были лучшие рассказы. При том, что, конечно, всегда шумели – я не знаю – грохот вилок, рюмок, тарелок и так далее, и так далее, это... Но это было замечательно. Это было замечательно.