Он говорил: «Сколько денег на свадьбу надо?» – «Двести рублей хватит?» Он не, понимаете, как бы в этой жизни не участвовал в таком... Он не ходил по ресторанам. Ну, бывал, наверное, мы этого не знаем. Где-то. Нет, ну, вы знаете, хватало тогда. Ну, не знаю там, ну четыреста, я не знаю, сколько надо было что-то купить там. Ну, я не знаю, сколько… Он никогда не ограничивал, но мы никогда не хамили. Он говорил: «Ты его любишь? Выходи!» То есть была такая, понимаете, была такая ответственность и свобода, потому что это была наша жизнь, и за это ему большое спасибо. Он никогда это не обсуждал. Ему могло что-то нравиться или не нравиться, но я даже не понимала. Он никогда не вламывался в нашу жизнь, никогда.