Из таких самых потрясающих встреч – это у меня была встреча с Джакомо Манцу. Это великий итальянский скульптор 20-го века, величайший. Один из моих кумиров, кстати. Вот. И мне предложили сделать распятие для базилики 11-го века, а это, как я знал, был заказ Джакомо Манцу. Я сказал, что я не могу так, раз это заказ не мой, я не могу согласиться, не спросив разрешения у автора. Чуть-чуть спекулятивный момент был, мне очень, конечно, хотелось его увидеть, он уже был в преклонном возрасте, в том, в котором я сейчас нахожусь, кстати. И монахи францисканцы устроили мне встречу, я приехал к нему, под Римом, в его имение. Встретить меня вышла его шикарная жена Инге, которую он всю жизнь рисовал, и так далее. Я просто, знаете, в таком полубессознательном состоянии находился. А потом он вышел. Вышел, щёчку подставил, я поцеловал. Было ощущение, что это мой дедушка, у него нос тоже такой, в общем, склад похожий. И мы с ним провели почти весь день. А это был его день 80-летия. Он не отмечал просто. И мы с ним ходили, гуляли, беседовали. Вот. И он мне сказал: «Делай, я уже, как-то у меня нет сил», – и мне надо было доделывать то, что он вот делал. То есть он мне разрешил. И я после этого сделал распятие. И приехал кардинал Пупар, такой министр культуры Ватикана, принимать работу. Привёз своих консультантов, это было очень высоко, очень красиво, очень достойно. Ну, это, так сказать, одного такого момента в жизни достаточно, чтоб понять, что ты уже попал куда-то невероятное, на небесах побывал. Вот. Так что вот так. Это из таких встреч невероятных совершенно.