Финал схватки Маленкова и Хрущёва

Поскольку опубликованы все решения были значительно позже, дней через десять после принятия, отец нам сказал сразу, что его сняли со всех постов и неизвестно, что будет – видимо, придётся куда-то ехать, куда-то в ссылку. И он говорит мне: «Ты поезжай, пожалуйста, сейчас к Егору». Егор в Крыму был – младший брат, на геологической практике. «Расскажи ему всё, чтобы он был готов и приезжал». Ну, я выполнял это поручение – поехал в Крым предупредить. А никто не знал, и меня ещё в Крыму встречал первый секретарь обкома, как будто… может быть, следил просто, это я не знаю. Но принимал – внешне это выглядело так. Я приехал на два дня, нашёл, где они были в студенческом лагере, и мы восприняли это как… Мы понимали, что катастрофа некая произошла. Я рассказал, рассказал содержательно, конечно. Мы ни секунды не сомневались, что отец поступил правильно и другого выхода просто не было. Бывает так, что проигрывают люди. Ну, проиграл. Слово «боялись» тут как-то… Мы, конечно, как сказать… Мы боялись за отца прежде всего. И за мать. Потому что мы не были уверены, что они останутся живы просто. Что будет с нами – тоже мы не знали, естественно. Ну как вам сказать, когда происходит какое-то несчастье, это же не значит, что люди должны рыдать или биться в истерике. Мы не бились в истерике, не рыдали – это я могу вам сказать однозначно.