Арест Ежова

Отец рассказывал это таким образом. Он входит. Сталин ходит, останавливается и спрашивает: «Это вы писали?» Отец говорит: «Да, это я писал». Сталин ещё походил, походил, спрашивает: «Это вы сами так думаете?» Он говорит: «Да, это я так думаю, Иосиф Виссарионович». Он ещё походил, походил, походил и написал: «Членам Политбюро. Рассмотреть. Я согласен». А потом, через несколько месяцев… я деталей тут не помню уже. Значит, тут был ещё тоже интересный момент. Сталин поручил подобрать заместителя, ещё одного заместителя для Ежова. Ежов как бы оставался номинально, но был отстранён уже. Начальник там какого-то отдела, который был под отцом, я не помню его фамилии, предложил кандидатуру Берии. Берия Сталину был в это время известен очень хорошо, и он… как бы там был такой момент, когда он доказал свою преданность, защищая его вроде бы от мнимого покушения. Как потом оказалось, это было им же и спровоцировано, всё это. Но тогда это не было известно. Поэтому Сталин ему как бы доверял. Это было импульсное действие, а импульсным действиям он доверял. И тогда отец попросил этого человека подобрать ещё шесть кандидатур. И Сталину было предложено семь кандидатур. Но он выбрал Берию. Значит, Берия был… И вот тогда не было такого – по полному указанию от Сталина – в отношении ареста Ежова. Но не было и запрета на это. И отец решился его арестовать. И он был арестован в кабинете отца. И Берия при этом участвовал. Он был арестован. Они сразу же вскрыли сейф его. И, значит, когда вскрыли этот сейф, там оказались дела на всех почти что членов Политбюро и, в частности, на Сталина. Ну, и это отец, конечно, доложил Сталину. И когда поставили вопрос на Политбюро о том, что нужно Ежова отстранить и всё такое, и начать следствие, то Молотов как раз высказал, что нужно ещё сделать комиссию Политбюро. И зачем мы будем куда-то передавать. И тогда Сталин достал это дело и говорит: «А это вы видели? А вот, Вячеслав Михайлович, а почему нет дела вот на вас, вы знаете? Нет дела на Хрущёва и нет дела на Кагановича. А вот на остальных всех есть». Ну всё, и вопрос был снят. Хотя почему это никому… Я не хочу сказать, что они были как-то… нет, это просто факт, без комментариев. Это было, я думаю, очень важным моментом для доверия.