Вот всё время о Галине Павловне говорят какие-то совершенно невероятные вещи. Но я никогда в жизни, хотя я тоже сопрано, никогда в жизни не слышала от неё никаких… Она, наоборот, способствовала, она где-то подсказывала что-то. Если ей нравилось, то она относилась очень хорошо, но если ей не нравилось… Она была очень принципиальная, и она очень хорошо точно определяла, кто чего стоит. А если не нравилось – она говорила, знаете, извините: «Из плохого материала пульку не сделаешь». Она была принципиальным человеком и на хорошее не говорила плохо. У меня самые лучшие о ней… Я даже приходила к ней иногда, она со мной занималась. Я самые лучшие слова могу о ней сказать. И она, конечно, была для нас как такой маяк, на который мы все ориентировались. Потому что ну она, конечно, пела великолепно и играла, и значимая была такая, и всё, и она поддержала тогда вот весь этот… Ну, все вели очень себя, не знаю, достойно, я не могу ничего сказать. Потом начались какие-то внутри вот эти дела, но я никогда не вмешивалась ни во что: отработаю – уйду. У меня была своя ниша, мой муж, мои друзья, всё. Вот так вот.