Владимир Высоцкий, каким я его запомнила

Он, конечно, был тоже очень удивительным человеком. Все по-разному относятся: с кем-то, может, он не находил общего языка. Но сколько я его помню в то время, когда я его знала, всё-таки это были... После того, как он женился на Марине Влади, я с ним больше не общалась, поскольку мой муж, первый муж Лёша Чардынин, с ним дружил. И они так и остались друзьями. Мы разошлись с Чардыниным, а он женился на Марине. А я очень хорошо относилась к Тане Иваненко, которая была большой любовью Владимира Семёновича до появления Марины Влади. И я не могла как-то ему этого простить почему-то, хотя это не моё дело. Тем не менее, мне было за Таню очень обидно. И поэтому наши пути разошлись. Я больше с ним практически не общалась, только иногда где-то. А на спектакли ходила, его смотрела. Но как-то встретила его на «Мосфильме». Он шёл. И он такой французик навстречу идёт – какой-то субтильный мужчина, в кепочке, расклёшенные вельветовые брючки, пиджачок вельветовый коричневый. Я подхожу и говорю: «Володя, Володя, ты что ли?» – «Да». Мы с ним расцеловались. Говорю: «Какой ты стал прямо французик какой-то». Он говорит: «Да, офранцузился совсем». Потому что он казался мне, что когда мы снимали «Вертикаль», он так покрепче был. А здесь он какой-то весь стройненький, очень ухоженный, уж больно был. Вот так. А так, конечно, жалко очень, что мы как бы не встречались, и обидно, что в те годы, когда были похороны, я не была в Москве. Но всё равно, сколько я ни выступаю на творческих встречах, Владимира Семёновича я всегда вспоминаю, потому что всё-таки это эпоха. И опять же, я благодарна судьбе, что я его знала, и знала Александра Аркадьевича – тоже очень хороший был человек. Ну, в общем, они все: и Булат Шалвович. В общем, я говорю: «Я благодарна судьбе». Вот у Володи есть хорошие строки, я нашла у себя фотографию, на ней написано: Стих без гитары  а капелла, И мысль без соли не остра! Пишу о том, что накипело, А накипело: «Всем добра!»