До 54-го года жили чёрт знает как. То есть, ну, такое, полупервый этаж, полуподвальный, и, в общем, он не подвальный, но, в общем-то, такой, около земли. Причём две комнаты, без ванны, без горячей воды, то есть ходил в баню, всё, всё нормально. Ну, а там так все жили. Причём и Сергей так жил, и Пилюгин так жил, и Черток так жил, потому что, он рядом с нами жил, тоже там на Стромынке, вот. И мы с его сыном в один класс, в первый класс поступали. Вот. То есть, все так жили. Потом, вот в 54-ом году Устинов их, значит, всех более-менее устроил. То есть у нас появилась трёхкомнатная квартира, но нас было пять человек, ну, в общем-то, то есть не чтобы. Вот. Потом уже в 64-ом году вот ту квартиру сдали, сдали квартиру матери Михаила Сергеевича. И вот получили эту квартиру, то есть у кого как. У Валентина Глушко была 12-ти комнатная квартира в Доме на набережной. У Королёва ничего не было, то есть у него была какая-то квартира, но они жили вдвоём с Ниной, ему ничего было не нужно. А потом вот, по сути дела, его вот эта самая дача, ну, кстати, вот, вот здесь вот лежит, это самое, документ о выделении дачи, я просто, ну, где тоже написано, вот просто интересная тоже формулировка, то есть фамилии не по алфавиту. По ихней логике, по иханной логике: Королёв, Глушко, Рязанский, Кузнецов, Пилюгин. Он шёл третьим номером. Ну как с Германии, так шёл он третьим номером до поры до времени, пока не попал в опалу, но это уже другая игра.