Человеческие уроки Петра Андреевича Гусева

Я был свидетелем. У меня немного таких, как бы, историй, связанных с Петром Андреевичем – такого личного характера. Я сидел на кафедре, заполнял журнал. В это время приехали наши студенты из Грузии. Три красавца-грузина, они – артисты балета. Вот. Они пришли к Петру Андреевичу с такой корзиной – там стоял армянский коньяк, и они говорят с грузинским акцентом: «Пётр Андреевич, это для вас от Гоги Алексидзе». Георгий (Гоги) Алексидзе – наш воспитанник, он тогда возглавлял Тбилисский театр в качестве главного балетмейстера. Пётр Андреевич говорит: «Да не надо, не надо, не надо, не надо». Они говорили: «Нет, надо!» Вот. Через несколько дней – я тоже на кафедре – они приходят: «Пётр Андреевич…» Они говорят: «Пётр Андреевич, мы всё сдали, мы едем дальше работать». И он достаёт другую корзину – в два раза больше. Там стоит такой коньяк, да, столько бутылок. Он говорит: «А вот это от меня Георгию Алексидзе». И он никогда не брал никакого подарка. А так хочется выразить какую-то признательность, любовь, благодарность через что-то вещественное. Да. Вот. Я помню, когда у него намечались юбилеи какие-то, мы к нему прибегали и говорили – студенты ещё говорили: «Пётр Андреевич, что вам подарить? Вот, там, какую-нибудь вазу или ещё что-то, или книгу?» Он говорит: «Ничего. Ни в коем случае. Сделайте так, чтобы мне было весело и смешно». И мы устраивали капустники. Вот. На сцене, большой сцене консерватории. Это были такие спектакли, где мы иронизировали, пародировали Гусева. И возвращаясь к подаркам… Я не помню сейчас, ну, что-то он мне как-то так помог, что вот никто, как бы, из людей не мог бы помочь. Так. И я знал, что он не берёт подарков. Я приехал к нему домой, зная, что он в это время на уроке, и говорю его жене: «Валентина Васильевна, вот я занят был, не мог там Петру Ан… Вот я купил самый лучший армянский коньяк – это Петру Андреевичу от меня, передайте». Она мне сказала: «Саша, ну вот вы знаете…» Я говорю: «Да, я знаю. Но вы скажите, что ты-ты-ты…» Ну вот. Через несколько дней мы с женой возвращаемся домой. Жили мы на Комендантском, а соседи нам говорят: «К вам приезжал какой-то старичок». Мы так подумали, подумали… Нет, не может быть… не может быть. Вот. Он вам оставил подарок. Это была африканская маска из чёрного дерева – железного дерева, – аборигена какого-то. И что-то ещё, по-моему, да. Я помню, что когда я был у Петра Андреевича, у него на стенах висели какие-то картины, маски тех стран, где он побывал. И я помню, что вот была коллекция таких. И тут до меня дошло: значит, Гусев с Московского вокзала приехал в только что строившийся район Комендантский Аэропорт, по адресу нашёл этот «корабль», где мы жили. Да. Была зима. Он звонил, он ждал, а потом оставил и уехал. Ну, это просто потрясение. Да. Это такие уроки они нам преподавали.