Александр Бениаминов

Александр Давидович Бениаминов – это просто поразительный артист, который играл всё, от гротеска до глубокой трагедии. Я вообще не знаю подобного диапазона. Вообще его судьба такая… Он после Акимова, была фотография – он, Акимов и Эдуардо де Филиппо, который приехал в Ленинград и посетил театр. И Бениаминов играл в его пьесе «Цилиндр», которую поставил Акимов, ну и была дружба у Акимова с Эдуардо де Филиппо. Так вот, потом, когда Бениаминов уехал, так получилось – ну, это после Акимова, уже где-то в 70-ых годах, он уехал в Америку. Причём, он был в партии, и для того, чтобы как-то не подвести театр, он уехал в Кисловодск, а из Кисловодска уже уехал в Нью-Йорк. И мы пели в поздравлении – как-то был у нас артист смешной, но уехал в Кисловодск – таким образом, значит, говоря о том, что он уехал в Кисловодск, но не в Америку. И вот в 90-ые годы я посетил, так, значит, на пике этой перестройки нашей, посетили мы Америку, с небольшим спектаклем объездили. И в Нью-Йорке я посетил Александра Давидовича. Я никогда не забуду эту картину. Такой совершенно пустынный Манхэттен, где он жил где-то там в сотых номерах, где живут пуэрториканцы и, вообще, мигранты. И мы туда приехали поздним вечером уже, потому что был, были только один день в Нью-Йорке, но всё-таки посетили его. Это очень было правильно. Я увидел вот, седого человека с палочкой, сидящего на скамейке, и я понимал – одинокий, поразительно он снялся там в одной картине «Москва на Гудзоне», называлась, про русских, так сказать, замечательно снялся. И всё, и больше ничего. Язык он так и не выучил. И, конечно, очень и очень скучал по Ленинграду и по театру. Ну, тут так, как складываются судьбы, это вопрос такой, вот.