«Зазеркалье» Натальи Бехтеревой

Были ещё моменты, когда она впервые заговорила о «Зазеркалье». И тут журналисты всех мастей кинулись на Наталью Петровну. Вот это было. Но она умела с ними общаться, конечно. Ведь Наталья Петровна не занималась вот этими необычными явлениями, но она знала, что такие вещи существуют, как экстрасенсорика, ну и другие, ясновидение, да. Как учёному ей это было интересно, она не могла, она говорила: «Учёный, если настоящий учёный, не может отвергать факты, которые на данный момент наука не может объяснить», не имеет права отвергать эти факты. А факты были, и в её личной жизни тоже такие факты были. Она об этом рассказывала, рассказывала сама. Вот в фильме о Натальи Бехтеревой «Магия мозга» — это фильм канала «Культура», он там в четырёх частях, и она сама об этом рассказывала, да, она говорила. И вот когда она впервые вот как-то об этом заговорила, вышла глава в книге о мозге человека, вышла глава «Зазеркалье». И вот сразу интерес был повышенный, но этот интерес был какой-то вот, ну недобросовестный, что ли, понимаете, вот хотелось сенсации. А сенсации, собственно говоря, не было. Наталья Петровна, вот именно против этого не надо делать. И приходили очень многие, просто атаковали её журналисты тогда, и телевизионщики, и радиожурналисты. Вот один был Александр Солдатов, радиожурналист, у него была передача «Разговор по душам», каждую субботу. Он уже был немолодой, довольно часто брал интервью у Натальи Петровны, и потом в субботу, значит, выходило это по радио. Вот. Я даже помню эти передачи. И вот в этот момент, а Наталья Петровна была очень занята, он просился, значит, на приём, чтобы взять интервью. Не могла Наталья Петровна. И вот именно в этот день, ну, никак не могла. А он просто настаивает. И он получил отказ. И тем не менее он пришёл. Он пришёл, значит, Наталья Петровна выходит вот из кабинета, чтобы, так сказать, определить дальнейшее, кто и как, что сейчас у неё как раз должен быть консилиум разбор больного. Видит этого Александра Солдатова, но она, она сказала: «Я же сказала, что я не смогу вас принять». «Наталья Петровна, ну пожалуйста, ну вот одну минуту», «Хорошо, – она говорит, – вот мои девочки, они всё обо мне знают, вот у них и возьмите интервью». Причём так, понимаете, она очень это всё просто отчеканила, но она никогда не повышала голос. И чем сильнее она хотела вот, вот чтобы понял человек, да, она, наоборот, понижала голос. Говорит: «Вот мои девочки, они всё обо мне знают, вот у них и возьмите интервью». И он понял, да: «Ну хорошо», говорит. Да, и мы ходили к нему домой, и он записывал, и потом была передача по радио. Интересно. Он, кстати, вот тоже неожиданно ведь спрашивает. Спрашивает журналист, и тебе нужно прямо вот так отвечать. Он и у меня поговорил, да, что-то, вот я всё рассказываю. Потом говорит: «А вот говорят, она жестокая», – он так, а запись идёт. Я говорю: «Что? – Я говорю, – ну, знаете, Александр Владимирович, может быть, жёсткая, если того требуют обстоятельства, но не жестокая, никак не жестокая». Вот что-то такое, вот такое даже, и это было в прямом эфире.