Великая отечественная война. Моя бабушка была на волоске от гибели

Я помню из своего детства рассказ о том, как началась война. Тётя Катя уже работала на заводе «Скорость». Она была супругой Яковлева, и в 1941 году, после начала войны, должна была быть эвакуация всей яковлевской фирмы. Это была такая история: они должны были уезжать в Новосибирск. Нужно понимать, это был конец октября – начало ноября, в Москве началась паника. Пустили слух, что Сталин ушёл, что Сталина нет, что всех бросили, что под Москвой стоят немцы и так далее. Тётя Катя, уезжая, предложила моей бабушке поехать в Новосибирск с ней. Она сказала: «Я не могу». У моей бабушки было четверо детей. Она говорит: «Я не могу, ну, куда, у меня…». Причём мой отец родился как раз в октябре 1941 года, то есть она только что родила, а вот он, мой отец, буквально на руках. Она говорит: «Я не знаю, что делать». А тётя Катя ей ответила: «Я не оставлю тебя в Москве, потому что тут страшно». Она предложила: «Езжай к маме в Рогачёво». Бабушка ответила: «Как я поеду? Ни машин, ничего». Тётя Катя сказала: «Я добьюсь». И она добилась. Им дали «ЗИЛ». Загрузили вещи, детей, и поехали в Рогачёво. Они въехали в Рогачёво, а навстречу шли немцы. Под обстрелом машина «ЗИЛ» уходит, бабушка остаётся в деревне. В этот дом заходят немцы и делают его штабом, потому что дом был самый большой в деревне. Я, будучи мальчишкой, когда ещё бегал, помню, у нас оставался стол, на котором по-немецки было написано «Штабен». На задней крышке столика они прилепили эту надпись на окно. Моя бабушка была активной, и ей поручили заботиться о детях из села Рогачёво. Она следила за ними, но не смогла уследить, и шесть мальчишек и девчонок убежали. Они подожгли немецкий склад с медикаментами. Это был склад медикаментов для всей наступающей группировки, то есть уничтожение было колоссальным. Их поймали, вывели на площадь. Моей бабушке должны были расстрелять, но, поскольку отец был на руках, каким-то чудом она спаслась. Мальчишек и девчонок на площади расстреляли. Это была колоссальная история, потому что в 1919 году на этой же площади расстреляли их родителей. Вот это к разговору о патриотизме. Мальчишки и девчонки боролись за родину, они понимали, что их родителей убили на этой же площади, а теперь на этой же площади убили их. Сейчас в Рогачёво на центральном кладбище стоит мемориал этим детям. Моя бабушка чудом осталась живой. В этот момент тётя Катя узнала о всей этой истории, потому что никто не знал, все думали: «Ну, всё, там». Она понимала, что происходило. Я имею архивные фотографии села Рогачёво, там шли бои, всё было в руинах. Тётя Катя была в ужасе, понимая, что отвезла свою сестру на смерть. Но там же была её мама. Они остались в этом доме, потому что наши войска заняли его и сделали штаб. Так что дом охраняли. В результате тётя Катя договаривается из Новосибирска, что приезжает машина с нашими частями, забирает их и везёт в Москву. Это колоссальная история. Когда бабушка говорила: «Вот, Катя нас там договорилась, мы вот практически были у немцев». Я отвечал: «Если бы получилось по-другому, ты бы осталась в Москве с детьми, и неизвестно, как бы отец выжил». Она говорит: «Да». Потому что там была еда. А в Москве было нечего есть. Всё было страшно.