Ну, Лёнечка – это тоже чудо. Одно из чудес моей жизни. Он тоже учился в училище, в котором я училась. Я была совершенно потрясена его номерами в цирке. А потом он перестал выступать в цирке, ушёл. И начал выступать со своими программами. Однажды нас познакомил Ролан Быков. Лёня послушал мои песни и сказал: «О, как интересно, давай с тобой сделаем программу?» Он уже тогда занимался пантомимой. «У меня будут номера, отделения в пантомиме, а ты будешь с песнями». Вот тогда мы и подружились, очень сблизились. Сейчас я очень рада, что у нас в театре тоже проходят вечера, посвящённые ему. Уже два вечера прошли, и ещё будут. Я не могу сказать, что он был весельчак. Нет, этого не было. Он даже часто плакал. Его же не выпускали за рубеж, боялись, что он там останется. Он говорил: «Я сижу как на цепи здесь». И он предчувствовал… Удивительно, но предчувствовал свою смерть. В его устах это звучало особенно. Он говорил: «Если я гений, так же как Пушкин, я умру в 37 лет». И всё время твердил, что умрёт в 37. И он действительно умер в 37 лет. Невероятно, правда?