Мое знакомство с Анной Ахматовой

Я переезжал на работу и на жительство из Ташкента через Москву в Ленинград, потом Петербург. И перед тем, как сесть в поезд и приехать из Москвы в Петербург, я был дома в гостях у моего старшего замечательного друга, МХАТовца, автора многих книг о Московском Художественном театре, о Качалове, о Немировиче-Данченко, в доме Виталия Яковлевича Виленкина. И вечером в доме Виталия Яковлевича Виленкина появилась Анна Андреевна Ахматова. На этом переезде и переходе, в сущности, всей жизни из одного города в другой, потому что в Ташкенте я окончил школу, окончил университет, окончил театральный институт имени Островского, а переезжая в Большой драматический театр на работу, ведь Товстоногов мне как сказал: «Считайте, что вы уже работаете в Большом драматическом театре», – и вот переезжая в Большой драматический театр, в который я уже работал, в котором, кажется, я встретился с Анной Андреевной. Виталий Яковлевич сообщил Анне Андреевне, что это тот самый молодой артист, который сыграл Гамлета и написал, выпустил первую книгу стихов. Я стеснялся всё-таки – это было свойственно мне и, кажется, до сих пор. Один из моих романов заканчивается так: «Надо стесняться, господа. Надо всё-таки стесняться». И вот Анна Андреевна сказала: «Надпишите и подарите». Я надписал. Что я написал – сейчас не буду вспоминать, но, конечно, это была уважительная, серьёзная надпись. А потом этот сборничек моих стихов, который назывался «Актёрский цех», я увидел в Народном музее Анны Андреевны Ахматовой. Потому что сначала, до того как возник большой музей, серьёзный, в который перешла Нина Ивановна, директор, – она раньше работала в квартире Пушкина на Мойке, а потом стала работать в музее Ахматовой. Я подарил эту книжку Анне Андреевне. Стесняясь, очень стесняясь. Потом тихонечко, вещи мои стояли в коридоре, я забрал их и поехал на вокзал. Но Анна Андреевна написала Виленкину, что я должен к ней приехать, что я имею возможность с ней встречаться.