Ну, знаете, вот такая специфика, от этого никуда не уйдёшь: возраст, в конце концов, даёт о себе знать. Уже где-то не так принял мяч, не так сделал передачу и так далее. Мы уехали за рубеж – Колумбия. Я сыграл хорошо, не буду хвастаться, забил два гола и сказал: «Всё, я закончил». Возраст уже начал давать о себе знать. Мне было за 30, 31 или что-то в этом роде. И я об этом объявил после матча. Газеты раскричались, что это такой форвард, блестящий, тыр-пыр, и так далее. На утренней зарядке я выхожу и сталкиваюсь с Николаем Петровичем. Он говорит: «Никита, подожди». Я остановился. Он подошёл и спрашивает: «Это верно, что ты решил закончить?» Я говорю: «Верно, Николай Петрович, я придерживаюсь такого принципа: лучше уйти самому, нежели ждать, пока тебя попросят. Да, я закончил, заканчиваю». Он говорит: «М-м-м, угу. Слушай, тогда в таком случае мы решили назначить тебя старшим тренером». Я потерял дар речи. «Николай Петрович, а как Вы мыслите? Вчера я играл с этими ребятами, а завтра ими буду руководить? Мне будет безумно тяжко». «Поможем», – сказал он. И так я стал тренером.