Однажды, когда мне Табаков уже доверил руководить курсом актёрским в Школе-студии МХАТ... До этого я с ним работал при его руководстве. А тут я уже – руководитель. Три выпуска у меня было, 12 лет на это ушло. Разные были студенты. Очень везло, кстати, как правило, со студентами – хорошие попадались. Но иногда приходилось от кого-то освобождаться. От кого-то, от единиц. Но приходилось – по разным причинам. Иногда это были способные люди, но были такие драматические ситуации – с дисциплиной связано и так далее – на которые нельзя было не реагировать. Был какой-то такой случай – отчисляли одну девочку, красавицу, высокую, с красивыми ногами. Но, как-то… сейчас даже не помню точно причины. Решили, что надо с ней проститься. Её мама пришла к Олегу Ефремову. Он меня вызвал: «Слушай, – говорит, – ко мне пришла мать этой самой студентки. А что случилось, почему? И я ему всё рассказал, как оно есть. Это было решение не только моё, но и всего педагогического коллектива, и ректора Олега Табакова. И Ефремов говорит: «Ну, я так и сказал, что это мои ученики, и я им доверяю». Мать... Мать, которая решила пойти до конца. В конце концов, мне звонили из Администрации Президента: «Вот нам поступило обращение, скажите...» Я, значит, опять все эти причины высказал – и на этом претензии по этому вопросу закончились.