Мои последние встречи с отцом

Сначала, после смерти мамы, была рядом с ним Наталья. Наталья тоже ушла из жизни. Через 5 лет попала в автомобильную катастрофу, разбилась. А потом… А потом у него… ну, как вам сказать… Мне трудно сейчас судить, и мне трудно сейчас что-либо говорить, но у него была подруга. Подруга ли она была? Не знаю. У него была молодая женщина, которая ему в какой-то степени помогала. Я сейчас чётко понимаю, почему он принял такое решение. Он остался в одиночестве, ему никто не помогал. Наташа ушла из жизни, которая с ним жила. Елена Михайловна… ну, у неё свои, так сказать… ну, своя была жизнь, у Виктора тоже семья своя. Ну, как-то, понимаете, его как бы бросили, и были всё время гостевые визиты. У меня были… у меня было ведь вообще интересное такое с ним… как бы выразиться… встречи всегда. Я звонила, говорю: «Я в Ижевске». – «И что?» – «Давай ключи. Пока ты на работе, я у тебя квартиру буду убирать». Он говорит: «Подходи к министерству. Я там обедаю». Я бегу, значит, по улице к министерству. А он стоит около машины. Но я, понимаете, какая? Я такая, на фоне Ижевска была очень экстравагантная. Да. На мне была такая красивая беличья шуба, красивый такой сиреневый берет с бантом. Там так никто не ходил. И я такая, знаешь, иду, раскрепощённая: «О!» – папу увидела. А он стоит, как вкопанный. Я подхожу и говорю: «Привет!» – «Ах», – он аж даже вздрогнул. Я говорю: «Ты чего, меня не узнал, что ли?» – «Фу! На тебе ключи, иди». Я потом поняла – он во мне увидел маму. Он обалдел – шляпка. На голове шляпа красивая шла. И вы знаете, я всё время старалась ему помочь. Именно – помочь в доме. Он был мне благодарен. Во многом был благодарен. Я же вам сказала слово, что он меня уважал. Он меня уважал. Поэтому у меня к нему такое тёплое настроение. Я сейчас до сих пор очень жалею о том, что мы к нему относились равнодушно. Очень равнодушно. Ну, папа – папа, ну, дедушка – дедушка, ну, ещё что-нибудь. Мы мало давали ему заботы. Мало давали ему любви. Мало давали ему внимания. Вот об этом я сейчас очень жалею. Хороший был человек. Очень оригинальный, очень образованный, очень культурный, очень выдержанный. Мало таких сейчас людей с такими вот… набором качеств. Он никогда не кричал. Я не помню, чтобы он на нас кричал. Я не помню, чтобы он на нас когда-то там махал руками, лупил или ещё что-нибудь. Нет. Нет. По всей вероятности, у него к нам было отношение крестьянское. Как относились они в семье к матери и к отцу – вот такое же требование было и у нас: уважение к матери и к отцу.