Николай Сергеевич Ениколопов. Умение достигать целей

В 1964 году в Москву первый раз приехал Азнавур. На площади перед залом Чайковского – конная милиция, народу навалом. У нас нет билетов. Он взял меня и маму и спокойно, говоря «эти со мной», и у него не было билетов, провёл нас не только через лошадей, но и через вахтёрш. Мы сидели на лесенках в проходе, но концерт послушали. Вот эта уверенность – её очень многие, кто потом вспоминал про отца, отмечали и говорили, что это было потрясающе. Он намечал цель и к ней очень чётко шёл. Другое дело, что то, что было свойственно ему и в науке, – это выделение цели. То есть она не совсем бессмысленная, а вовлечение людей в свою орбиту. Поэтому неслучайно ему удавалось увлечь министров, боссов. У него были очень хорошие отношения с Костандовым, Байбаковым, Рыжковым. Ему удавалось привлечь внимание к своей тематике, к тому, что он может делать, совершенно разным людям и в каком-то смысле «обаивать» их. Притом что это не так, что он поговорил о чём-то с Костандовым или с Рыжковым – и тут всё стали делать. Там разные ведомства. Поскольку он работал с военно-морским флотом, с ракетами и прочим, интересы ведомств тоже нужно было учитывать. И один адмирал ему сказал: «Ты понимаешь…». Папа-то когда познакомился – там у них свои институты авиационных материалов, материалов для подводных лодок, свои кумиры и боссы. И очень умные – это не… Но адмирал сказал: «Ну, ты пойми: они между собой не разговаривают из-за секретности, а ты, как пчёлка, говоришь, что у соседей сделано то-то – возьмите это, то-то. И они все с удовольствием тебя используют как медиатора». Но тут нужно ещё уметь не вызвать раздражения у начальства, у этих людей, которые достаточно самолюбивые. И перед ними генералы дрожат, хотя они всего лишь профессора, но такие – в своей области. И уговаривать, что есть общее дело, ему удавалось.