Семья у неё совершенно к балету не имела никакого отношения. Папа у неё был военный врач. Она ведь родилась в июле, уже война началась. И папа ушёл на фронт. И они с мамой потом уехали в эвакуацию. Потом вернулись, а мама была домохозяйка. И потом родилась Таня – вторая, как бы, сестра Наташи, она была помоложе. Но, к сожалению, так сложилось, что у Бессмертновой и Григоровича детей не было. Но зато у неё был племянник – сын Тани и Михаила Габовича. Миша у меня учился в училище, поэтому я, как эта пирамида Хеопса, всех помню, много знаю. Это был очень красивый молодой человек, очень похожий на Габовича, очень статный. И на него возлагались большие надежды. Считалось, что он сейчас придёт в театр и займёт положение солистов. И я помню, что Наталья Игоревна очень часто приходила в школу на Мишины концерты, экзамены, она очень следила, приходила на его спектакли, когда он уже начал работать в труппе. Но, к сожалению, карьеры молодой Бессмертнов не сделал. Он носил фамилию Бессмертнов, Габовича фамилию не носил. Он продолжил, видимо, материнскую линию. Но я, честно говоря, в этом не вижу ничего такого. Мне очень нравится фамилия. Очень красивая, она вызывает в памяти именно образ его великолепной тётки. Ни на кого не похожий. А уникальность – это уже и есть гениальность в балете, если ты ни на кого не похож. И я думаю, что его судьба... Во-первых, он, по-моему, не обладал особенно большим трудолюбием, это часто бывает с детьми известных родителей. Ну что делать – такова природа.