Три линии моей жизни

Я, анализируя сейчас свою биографию, выделил бы три линии моей жизни, которые сыграли определяющую роль в становлении моей личности. Во-первых, значительная часть моей жизни была посвящена службе в Военно-Морском флоте и в боевых частях фронта. Здесь я прошёл путь довольно большой: от рядового курсанта Высшего военно-морского инженерного училища имени Дзержинского, Ленинградского, до начальника, до председателя Научно-технического комитета Военно-Морского флота. Путь от рядового курсанта до вице-адмирала. Это первая линия моей жизни, она связана с военной службой. Вторая линия моей жизни – это преподавательская работа. Так сложилась моя судьба, что после окончания училища я попал на фронт. А после фронта я оказался в системе высших военных учебных заведений Военно-Морского флота. И здесь постепенно рос от рядового преподавателя до начальника крупнейшего в стране Высшего военно-морского инженерного училища, Севастопольского, которое готовило кадры для атомного подводного флота и которое было, по существу, основной базой подготовки офицеров и инженеров ядерщиков-подводников для нашего атомного подводного флота. Будучи начальником училища, мне удалось в роли начальника училища подготовить более 10 тысяч офицеров-инженеров, которые прослужили на всех флотах Военно-Морского флота нашего большого: на Северном флоте, на Дальнем Востоке, на Чёрном море, на Балтийском флоте. И которые составляли основной костяк инженерной части офицерского состава Военно-Морского флота. Это вот вторая линия моей жизни. И третья линия моей жизни, она в некотором смысле занимает независимое положение, но очень важное для меня, очень существенное – это научная работа. Дело в том, что тяга к науке у меня проявлялась ещё в школьные годы. Так сложилось, что в школьные годы я увлёкся математикой, был победителем городской математической олимпиады, не одной, причём. И более того, даже на фронт взял с собой в рюкзак несколько книжек с задачами повышенной сложности. И в свободное от войны и других дел, занятий, занимался решением этих задач. Должен сказать, что после окончания войны моя научная работа продолжилась. Я, уже будучи начальником кафедры, а потом заместителем начальника училища по научной работе и начальником Высшего военного-морского училища, я очень активно занимался научной работой. Более того, волею обстоятельств я возглавил всю научную работу в Военно-Морском флоте, поскольку в 1983-м году меня назначили Председателем научно-технического комитета Военно-Морского флота, который определял всю техническую политику нашего Военно-Морского флота. Здесь тоже кое-что удалось сделать. Я не хотел бы хвастаться и подчёркивать свои выдающиеся достижения в области науки, но, объективно, некоторые обстоятельства свидетельствуют о том, что мне кое-что удалось всё-таки сделать. Я, во-первых, издал более 370 научных работ, вот. Два десятка монографий, два десятка монографий. Защитил, конечно, кандидатскую, докторскую диссертацию, стал профессором. Потом за заслуги, связанные с повышением безопасности нашего атомного подводного флота, был избран в Академию наук из Военно-Морского флота, что было большой редкостью. Военных вообще так особенно в Академию наук немного, то есть, очень мало, я бы даже сказал. Исключение составляют медики, которые вот сейчас влились в Академию наук. Я был награждён очень высокой наградой, называется Международная премия «Глобальная энергия». Это высшая научная награда в области энергетики. Международная. Меня наградили этой премией. Меня наградили золотой медалью Российской академии наук имени Анатолия Петровича Александрова. И рядом других знаков отличий, которыми были отмечены мои результаты в научной области. Таким образом, жизнь была не только продолжительной по времени, почти 100 лет, но и разнообразной по жанрам. Я считаю, что я поработал неплохо, во всяком случае, в пределах своих скромных возможностей, в области преподавательской, являясь руководителем крупнейшего военно-морского учебного заведения. Кое-что, как я уже рассказал, мне удалось сделать в науке. В науке меня знают. В Росатоме меня знают. Мы и сейчас очень хорошо взаимодействуем с Росатомом. И чисто военная моя служба тоже проходила, я бы сказал, достаточно интенсивно, потому что не каждому это удаётся от рядового состояния дойти до положения Председателя научно-технического комитета Военно-Морского флота и стать вице-адмиралом нашего Военно-Морского флота. Так что, в целом, я жизнью доволен. Мне кажется, кое-что я сделал. Многого я не успел сделать. Вот и до сих пор ещё хочется работать активно, что я и делаю, продолжаю посещать рабочее место. Ежедневно. И работать активно, независимо от эпидемии, пандемии и прочих напастей, которые свалились на нашу голову в последние годы. У меня оснований для того, чтобы быть недовольным своей жизнью, нет. И всё, что касается деловой части, здесь, я думаю, кое-что мне удалось сделать. Я очень люблю общаться с молодёжью, потому что молодёжь подпитывает меня идеями, энергией подпитывает. И вообще, связь с молодёжью всегда заряжает как-то вот энергией новой, желанием ещё поработать, желанием ещё что-то сделать. Поэтому все эти годы я не прерываю преподавательскую работу. И сейчас, в возрасте 98-ми лет, я являюсь профессором кафедры Московского физико-технического института, Долгопрудненского. Ну, с единственной оговоркой, о которой я должен сказать, чтобы у вас не создалось впечатление, что я всесильный Рембо, который готов на всякие подвиги: студенты сами приходят ко мне, и я им читаю лекции у себя в кабинете. Так что оснований для огорчений о прожитой жизни у меня нет. Настроение у меня боевое. Возраст свой я ощущаю иногда, поскольку всё-таки здоровье моё уже не то, что было в молодые годы. Но оно сохраняется в таком состоянии, которое позволяет мне полноценно продолжать трудиться, и это – самое главное. Это самое главное. Так что жизнь интересна, многообразна, насыщена и очень-очень яркая.