Тяготы фронтовой жизни

Обстановка очень суровая, конечно, природа жёсткая, тяжёлая. Одеты мы были плохо, кормили нас не лучшим образом. Временами нагрузка была на нас такая тяжелая, что, вспоминаю сейчас эти дни, и особенно зимние дни, когда мы спали просто под открытым небом, на воздухе, при температуре минус 30 градусов, представляете себе, а мы стелили плащ-палатку, на плащ-палатку бросали одну из шинелей, ложились по двое. Нас накрывали другой шинелью. И другой плащ-палаткой. И удавалось, каким-то образом, до утра немножко прийти в себя. Хотя, это был не сон, а это было сплошное мучение, и нагрузки были иногда такие большие, что сейчас я думаю, да, как это мог человек с его ограниченными физическими возможностями, выдержать такие, по существу, нечеловеческие нагрузки. Но мы всё это выдержали. Несмотря на то, что я приехал из Ташкента, и, казалось бы, я должен был бы переносить холод хуже северян, но ничего подобного. Многие северяне ходили с соплями, а я чувствовал себя достаточно хорошо. Тяжело было, конечно, вот, но не опускался до состояния, которое вызывало бы жалость, сожаление моих товарищей, или уныние, переходящее в потерю уверенности в том, что всё кончится хорошо. Были тяжёлые моменты, конечно. Люди гибли. Мы хоронили своих товарищей. На глазах у меня в первый же день прямым попаданием мины в голову разорвало моего товарища, Сашу Лекуцио. Я понял, что это не шутка. Началась война, настоящая.