Возвращение в родную деревню

А потом в деревню к нам в сельсовет пришла бумага, газета, там были фотокарточки. И по номерам, ну, по фотокарточкам, были написаны фамилии и имена ребятишек. И когда уже маму привезли, она тоже была в концлагере, в Освенциме была, вот когда уже её привезли, добралась она до дома. Её позвали в сельсовет, да она и сама пошла, надо же на учёт встать, всё. И ей дали эту газету и говорят: «Вот где твоя дочь». А старшие, они сами нашли дорогу, как говорится, привезли их домой, девчонок. Виктора с Борисом мама нашла в 49-м только, привезла домой. Тут уже мы зажили по-нормальному. Сначала привезла она меня когда домой, говорит: «Вот, Ниночка, мы домой пришли». Мы от станции километров 20, наверное, может, 18, не знаю точно. Ну, далеко мы топали-то с ней. Нам в детском доме дали поесть там, попить в дорогу. И там на поезде ехали с Латвии. Ни одного дома, ничего. Стоят печки побелённые и трубы – больше ничего. Я говорю: «А где же наш дом?» – «А вот, – говорит, – видишь, такая вот, ну, как бы горка. И там труба торчит». Я говорю: «Вижу». – «Вот это теперь наш дом».