Мы должны были пополнить немецкое население

Я всё думала, и как-то вот приезжали ко мне из Питера: «Почему, – говорит, – по какому критерию, Вы не знаете, отбирали детей, чтобы или в детский дом забрать, или оставить в концлагере?» А я не знала. Я узнала недавно. И я всё задавалась этой целью, на самом деле, ну почему этот детский приют, а не крематорий? Понятия не было. Что я только не придумывала, как я только не гадала – не знала. Оказывается, Геббельс, он ведь у них отвечал за народ, за всё это, он издал такой указ, когда немцев уже стало мало везде, после Сталинградской битвы, и положили наших-то, слава те господи, сколько, большой и нашей кровью, но и им досталось. Он издал такой указ: «Пополнить немецкое население. Выбирать, брать детей с концлагеря, особенно если дети партизан. Можно брать славян». Не можно, а нужно брать в основном славян, в этом приказе было указано. Белорусов, можно украинцев и даже разрешено с Крыма брать. Но тут у них было условие: ребята, дети должны быть такими, чтобы у них были светлые волосы, голубые глаза или серо-голубые, никаких там черноглазых, никаких темноволосых – все должны быть блондины, сероглазые-голубоглазые, и чтобы соответствовал череп головной головному черепу настоящего арийца. Там не знаю, как они там мерили, этого я не помню. Вот, может быть, они же там кровь брали, может нас уже готовили там, ведь уже были написаны в концлагере наши номера, нас же по номеркам туда отправили. Может, они специально проверяли, не знаю этого. И вот мы оказались там, в этом дубултовском детском приюте. Нас готовили по этой секретной папке, в основном с концлагеря детей забирали в Латвию. Несколько таких было групп, и нашу группу не успели отправить. Последних отправили, Латвию, Литву, тут Прибалтику, Белоруссию ведь в 44-м году освободили. И слава тебе, господи, меня не отправили. Слава богу! И мальчишек не отправили. Они были в городе Валка на границе Латвии и Эстонии. И вот так у меня получился не крематорий, а этот дубултовский приют. Мы там недолго были, я не знаю по времени. В этом маленьком доме были мы недолго, может, несколько месяцев. Но нам говорили, что мы должны: прийти, как за стол сесть, как подойти к этой даме, так это «привет» сделать, сказать ей «спокойной ночи». Это факт, что нас готовили за границу отправить. Мы, девочки, должны были рожать детей потом немцев, а мальчики должны были служить верой и правдой Гитлеру, фюреру. Из них должны были готовить хороших солдат. Вот какая бы могла быть моя участь. Как по-русски можно сказать – хрен редьки не слаще. Уж лучше бы тогда сожгли, но, слава тебе, господи, не успели.