Вот этот у меня самый дорогой «За отвагу». Знаете, я вам честно скажу. Откуда я знаю, что там было написано в наградном листе? Ведь заполнял штаб. Что они там писали в наградном листе? Я не могу вам сказать, нам не объясняли. Наградной лист оставили, там где-то в штабе подали куда-то. Награды пришли, командир дивизии вручал. Я знаю, что у меня политотдел награждал. Я была комсоргом роты, и полковник Мишняк сказал мне: «Мы тебя наградили за этот бой». Как вам сказать, мы были окружены немцем и прорывали сами оборону. Ну, а раненых много было, я ж вам говорила, по локоть руки в крови были, и одно запомнила: человеку пробила лопатку, легкие дышат, кровь хлещет, я взяла косынку, такая в медицинской сумке была косынка, и потом вата. Вот он говорит: «Пристрели меня!» А как я его пристрелю? Не могу. Такая была волокуша, две палки, палаткой обита, вот я его положила на живот, кверху лопаткой, и лошадь повезла в медсанбат. А пристрелить я не могла. Я знаю, что он не будет жить. Чего он доехал до медсанбата, чего не доехал, я этого не могу сказать. А вот собаки участвовали у нас зимою. Тем, если я положила в лодку раненого, и сахарку ей дала, и в ошейник положила бумажку, она раненого знает, куда отправить, а там ей опять бумажечку положит в ошейник, она будет по передовой ходить, покуда меня найдет, чтобы я бумажечку взяла, что она сдала раненого в медсанбате.