Май 1942 года. Эвакуация в Чувашию

После смерти брата нас эвакуировали через Ладогу. Вначале из Кобоны на баржах, которые были из металла сделаны. Просто корпус один, внутри никаких лежаков, ничего не было. Нас тащил буксир, а над нами немцы летали и бомбили. Взрывной волной нас залило. Мы, конечно, с перепугу прижались к борту, друг к другу. Все мокрые были. Но это мы перенесли. Потом вышли в открытую часть Ладоги, нам встретился потом ещё один рыбак. Буксир тащил рыболовецкую баржу, полную, гружённую воблой. Представляете? Мы кричим, руки поднимаем, нам в руки кидают, мы ловим. Это был просто бесподобный кинокадр. А потом, когда нас в товарный поезд посадили, вещи остались на перроне. Мы приехали по Волге в Чебоксары – у нас ничего, никаких вещей, ничего с собой не было. Представляете, как мы там жили? Мы когда ехали в товарном поезде, там, кроме сена, настила никакого не было. Мама выбежала за кипяточком на каком-то полустанке, и мы с сестрой одни остались, стали плакать. И вдруг на каком-то полустанке мама появилась со своим кипяточком. Она, видно, догнала последний вагон, запрыгнула и перешла, когда остановка была. Но это очень трагичные были моменты. Но это всё надо было пережить. Мы пережили. Буханку хлеба дали на нас. У нас кровяной понос образовался, и нас быстренько всех в Свердловске поместили в больницу лечиться. Представляете, мы с голодухи, не переварил желудок, и мы там лежали, пока нас не вылечили. Потом повезли уже в Чебоксары. Пересадили на Волге на теплоход «Тимирязев», двухпалубный, и мы уже по Волге эвакуировались до Чебоксар – есть такое, столица Чувашии.