Так мы, значит, жили несколько лет у этих людей. А потом к ним приехали тоже их дети. Дочь приехала с сыном. Потом моя старшая сестра с ним ещё занималась. Он был послабее по знаниям. И нам стали предлагать несколько квартир. И везде, где мы были, везде нас встречали, понимаете, отдавали часть своей площади, но никто никогда не сказал: «Вы нам будете мешать», или что-то такое. Все говорили: «Вот комнатка, где вы сумеете жить, вот это для вас». Но мама устроилась на работу, была там база Росглавлегсбыта. То есть, она вот эту обувь, которую на «Кожкомбинате» выпускали, эта база потом, распределяла куда, кому, откуда были заявки. И маме там дали двухкомнатную квартиру. Она наверху работала бухгалтером, а внизу мы жили. И так мы жили очень долго. Родители из этой квартиры потом уехали. А я потом получила другую квартиру только благодаря тому, что эта квартира была как бы папе данная из уважения к моим родителям, «Кожкомбинат» мне потом разрешил передать её Гороно, а мне дали другую квартиру, благоустроенную.