Как только зашли за границу, всё, перестали посылать туда наших новобранцев. Перестали и это очень разумное решение было. Потому что наша молодёжь увидела бы, разинув рот, что такое там, какая там жизнь была, и какие разрухи нанесли мы. Это могло быть антивоспитание. А те, которые уже нанюхались, они уже злые на фашистов были, потому что потеряли своих друзей, и потеряли семьи, особенно украинцы, белорусы, потому что семьи-то были тоже уничтожены фашистами… Так что здесь психологическая сторона. А наша разведка из Лондона всё давала, давала, всё давала, ну, что творят, что задумали англичане. Американцы потом подключились. Мы же в 44-ом уже вышли в разных местах на границу. Я видел плакаты, как у меня из-под шлема, у младшего лейтенанта, вылезли рога бычьи. Плакат висит, покрупнее вот этого вот самого. Ну, я вам говорил, что я учился после войны в военном институте, а нас готовили работать самостоятельно за рубежом. Поэтому нас снабжали информацией от пуза. Это я уже после войны всё это вот.