Мама пришла с работы и сказала: «Девчонки, завтра утром уезжаем. Обсуждению не подлежит». И мы утром сели на поезд на Московском вокзале. Нас куда-то отвезли, потом посадили в эшелон, и мы ехали месяц. Быт организован был. Это был большой вагон с полками, на полках лежали люди. На улице во время перерыва, когда поезд останавливался, выходили и усаживались прямо перед вагонами делать свои дела. Самые совестливые, молодёжь, в основном, пролезали под вагоном и ходили за вагон делать свои дела. И мы с одной девчонкой один раз тоже такой номер провернули. А на обратном пути с трудом вылезли из-под вагона. Кормили. Приносили какую-то еду. А иногда, когда мы останавливались, подходили какие-то бабки с мисочками и предлагали ещё какую-то еду. Часто не за деньги, а за что-нибудь. Вот мама какую-то нашла одежду, даст или ещё что-нибудь. Мы легли ночью спать, на вещах, всё, а над нами был авиационный бой, воздушный. Самолёты летали чуть ли не над людьми. И в Ленинграде, ещё до отъезда, тоже мы видели авиационные бои. Наши тоже иногда участвовали, дрались вместе. Бывало, просто налетят и улетят, а бывало, что ещё с нашими начинают драться. Мы до Барнаула ехали месяц. Мы прибыли сначала в Барнаул. Потом из Барнаула нас отвезли в Тальменский район. Там мама работала в школе, я училась в школе, сестрёнка пошла в школу.