Нашу мать угнали

Мы остались в погребе, где кадушка с мясом коровьим. А мать вышла, говорит: «Я, может быть, что-нибудь у кого-нибудь хоть попрошу, хоть хлеба кусочек или что-нибудь». Вышла, а мы же не знаем, в яме сидели, и она с нами сидела. А там эвакуирует немец, потому что ему надо уже воевать, и наши люди начали мешать им. Потому что они не знают, за чем смотреть: или идти воевать, или смотреть, что тут что-то будет мешать нам. И они стали эвакуировать. Молодёжь стали забирать и в Германию выгонять. И мама вышла, и он её сразу прямо затолкал, и этот наш полицай, ещё она все его проклинала, он её в шею и в толпу. И они толпу эту гнали туда дальше, на Украину. Она была в каких-то сандалиях, не в тапочках, а сандалии были, самошитые, ещё отец и дед шил такие сандалии. И она в этих сандалиях ушла, и он её гнал до Макеевки Сумской области. И она простыла. Она у нас была инвалидом, жила у меня тут 3 года, и умерла у меня. Так у неё ручки вот такие, пальчики не разжимались.