А потом уже пришёл отец. Отец у себя всё делал и у всех в деревне хаты восстанавливал. Мы все висели на нём, и он нас всех целовал, обнимал, а мама стояла и плакала. Он говорит: «А ты чего плачешь? Я ж пришёл». Ну, а что мама сказала? Благодарила Бога: «Спасибо Богу, что он тебя вернул». А брат его погиб, и две девочки с нами жили. Я ж не считала, кто там вернулся, кто не вернулся. Знаю вот подряд, что у нас брат папин не вернулся, а у соседа было три участника войны, у них один вернулся, двое погибло. Кто не вернулся – так приходили, отца моего обнимали и рыдали на всю хату, на весь дом. Приходили, поздравляли, маму поздравляли: «Поздравляем тебя, что он вернулся, пусть помогает тебе растить детей». Я же вам говорю, три брата: один вернулся с фронта, а двое погибли. Она пришла, ну, называли её Аксюта – это Ксения, да? Она приходила и обнимала отца: «Иван Кузьмич, вот, теперь ты же... и Дай Бог тебе здоровья, помогай, расти своих детей, но и нас не забывай, что у нас-то погибли, нам тяжело». «Не волнуйся, – он тоже по плечу хлопает её, – не волнуйся, все будем жить одним колхозом».