Политические последствия финской войны

Война 1939 года была, конечно, комбинацией просчётов – и военных, и политических. Это была комбинация военного просчёта в том смысле, что, конечно, Красная Армия в то время была неспособна к ведению серьёзных операций и, самое главное, была неспособна спланировать. Ведь сам провал войны был запрограммирован, ибо сама идея операции оказалась ложной, оказалась просто по штабному, так сказать, мышлению нормальному порочной. Политический же расчёт, касающийся превращения Финляндии в народное демократическое государство под руководством правительства, которое было создано под председательством Куусинена под Ленинградом тогда, – это был пережиток практически уже, казалось бы, не имеющей никакой перспективы идеи мировой революции, в которой трудящиеся Запада немедленно выступят на поддержку, так сказать, Советского Союза, и будет объявлено новое правительство, и финский народ это с благодарностью примет. Как известно, финский народ этого не принял, и это был, я сказал бы, серьёзнейший политический провал для всей концепции Сталина. Видите ли, для того чтобы понять ситуацию предвоенного периода, надо отказаться от идеи: «Это же был великий вождь, который всё видел, и всё это рассчитывал и раскладывал». Как раз начиная с 1939 года до 1941 года Сталин, по моему ощущению, колебался во многих решениях. Делал одно, а практически через некоторое время делал другое. Не хотел слушать предупреждений о концентрации немецких войск, но в то же время принимал меры для того, чтобы подтягивались войска. И в то же время уже считал, что реальная угроза для Советского Союза существует.