Я никогда ему этот вопрос… Мы на эту тему с ним не разговаривали. Он предпочитал на эту тему не говорить. По-моему, он не одобрял очень многое, что происходило в нашем государстве: методы управления, партийные всякие съезды и прочее. Был у нас один или два разговора. Я был вынужден вступить в партию, потому что тогда руководить крупными институтами было невозможно, не находясь в партии, а я должен был быть председателем Дальневосточного научного центра. Очень крупная должность. Ну, вот. Я спросил отца, он сказал: «Поступай, как хочешь. Но я не возражаю». И я вступил в партию. Но в первый же день вышел из неё, когда стало возможным, 18-го или 19-го августа. Его не тянули. Он один раз подал в партию во время войны, в 1941 году, когда началась война. Но Сталин сказал: «Капица нам важен беспартийный». Его не приняли.