Он мне рассказывал смешные случаи в Театре Станиславского, когда он не мог сдержаться. Там их расстреливают, героев-комсомольцев враги. И когда кричали что-то патетическое – «мы погибаем» – у комика срабатывало что-то другое против этой патетики. Защитой был смех – они все раскалывались, пока их не попытались уволить из театра. После этого смех закончился сам собой. Так что бывали там, конечно, смешные эпизоды. Один раз он рассказывал, что пытался рассмешить человека, который никогда не смеялся. Он набрал в презерватив воды, привязал как-то между ног. И когда тот допрашивал его – «ты там это самое» – он хотел на него брызнуть из этого мешочка. Но прохудился, лопнул мешок, и у него всё полилось. И начался такой хохот, что закрыли, говорят, даже занавес, и дальше было бессмысленно играть. Но это всё ведь тоже не просто шутки шутками – это могло закончиться увольнением. Все шалости до добра не приводят, назидательно я могу сказать уже с высоты возраста.