Ольга Александровна талант и всегда победитель

Ольга Александровна умела завоевать своё место под солнцем – прежде всего благодаря таланту и характеру. Вообще, в любой профессии надо обладать характером, чтобы доказать свою способность к этой профессии. И Ольга Александровна… Я с ней выезжала на концерты, в другие города. Она была, конечно, удивительным человеком – заводилой, всегда первой в обществе. Обратите внимание на «Кабачок»: миниатюра, вторая, третья – пани Зося, пани Катарина, пани Каролина… А кто заканчивает «Кабачок»? Пани Моника. Для неё готовится миниатюра, она завершает, она звезда этого «Кабачка», этого спектакля. И везде так – личность, талант. Она всегда победитель. И по характеру, и по человеческим данным, и по актёрским. Знаете, ещё хочу сказать про театр. У нас большой театр, большая сцена, громадный зал. Очень много талантливой молодёжи, среднего состава – прекрасные ребята. Но не всегда энергетика «перехлёстывает» сцену. Ты можешь играть образ правдиво, органично, но это остаётся рядом, не идёт дальше десяти рядов. А вот у Ольги Александровны была такая энергетика, что она доставала людей и в конце зала, и в амфитеатре. Где бы ты ни был – на экране, на сцене – это высокое напряжение всегда чувствовалось. Такое встречается нечасто. Вот этим очень талантливый человек отличается от просто талантливого. Однажды получилось так: мы играли вместе «Самоубийцу». Я играла дочь, Ткачук – моего мужа. Потом Роман Денисович ушёл из жизни, его не стало, и Валентин Николаевич предложил роль молодому актёру Мише Зонненштралю. Он был очень талантливый актёр и режиссёр, кстати, Ольга Александровна очень его любила, у них было много совместных работ. Но я оказалась без работы. А что такое актёр без работы – это невозможно. Я отважилась, пошла к Валентину Николаевичу: «Что же мне делать? Меня снимают с роли, вводят молоденькую актрису». Он сказал: «Ну, всё правильно, другой партнёр – другая партнёрша. Что бы ты хотела?» Я думала-думала и попросила попробовать роль Чебоксаровой в «Бешеных деньгах» Островского. А эту роль прекрасно играла Ольга Александровна, это была её любимая роль. Валентин Николаевич сказал: «Ну что ж, пробуй». Я стала ходить на спектакли, смотреть, слушать. И ужас меня разбирал – я ж не сыграю. Я попросила – значит, должна сделать, но так, как она, я не сделаю. Я другая краска. Как говорил Валентин Николаевич: «Вы мои краски, каждая нужна для какой-то роли». Конечно, мне было страшно. А потом надо было ещё прийти к Ольге Александровне и сказать. Я прихожу к ней в день рождения, поздравляю и говорю: «Ольга Александровна, я попросила разрешения попробовать вашу роль». Она отвечает: «Я давно знаю, ты ходишь на спектакли, смотришь. Почему сразу не сказала?» Я говорю: «Ольга, я не решалась, долго не могла собраться». У меня другой характер, я не лидер. Но она дала мне добро. И теперь я играю эту роль, люблю её очень и благодарна Ольге Александровне. Когда она ушла из жизни… Да, много было сложностей, недоразумений из-за её характера. Но я поняла: вот эта энергетика, это данное Богом умение занять собой всё – даётся не каждому. Думаю, она и там, среди звёзд и солнца, занимает своё пространство. Для меня она была закрытым человеком, мы близко не общались. Но я знаю: со многими она дружила, молодёжь её любила, она была замечательным рассказчиком, с ней всегда было интересно. Со мной бывало так: играли вместе спектакль, она заходила в гримёрку: «Дайте попить водички». А у меня кружка с водой. Я говорю: «Пожалуйста, Ольга Александровна». Она выпила и говорит: «Валь, ну что ж ты так насолила воду-то? Пересолила!» Я отвечаю: «Ольга, я не солила, у меня соли нет». А она: «Вальк, ну когда же ты научишься понимать шутки?» Ну что ж, разные характеры, разные люди. Смешно было бы на это обижаться. Она, будучи эмоциональной и зная, как играть роль, естественно, была критична к нам. Конечно! Потому что видела роль по-своему, могла сыграть иначе, ярче, хлестче. Поэтому её многие не устраивали. Но это понятно. Актёру это понятно.