А потом понадобились бомбардировщики…

Ему сделали вот эту так называемую шарагу, Берия сделал эту штуку. И ему сказали, чтобы он составил список сотрудников, которые ему нужны, чтобы строить бомбардировщик срочно. И он жил в этой шараге. Сначала за городом они жили, а потом жили в КБ, в здании конструкторского бюро, наверху. Жили там они, ну, под надзором, естественно. А потом уже война, бомбардировки, и переехали в Омск. Уже освободили, освободили, была свобода. И поехали в Омск. В Омск перевезли завод. Там прямо на пустом месте всё это пошло. И жили в Омске. Сначала тоже, конечно, было нас очень много в квартире. Очень народу много. Мы ещё с собой взяли, естественно. Потом… И жили материально сначала, ну, все жили плохо, естественно. Но мы там посадили картошку и откопали девяносто шесть мешков картошки. Все вместе со своей семьёй. Так что ничего. Но потом позвонил Сталин. Узнал, как, что, спрашивал. И на следующий же день, во-первых, был телефон в квартире. Во-вторых, дали пропуск в обкомовскую столовую. И тогда мы ожили. Ожили.