Ну конечно, ругались. В семье, как говорится, ни без урода. Но вот поругались, да, он утром просыпается, например, чувствует, что виноват. Раньше, что там, на Курском вокзале круглые сутки цветами торговали. Идёт, покупает букет, приходит: «Рая, Рая». Или завтрак готовит: «Извини, такой я. Нехороший». Ну, матери цветы часто дарил. Он без матери даже есть не садился. Мы готовили с женой или даже разогревали то, что мать приготовила, он всё равно есть не садится. Он встанет... Курский вокзал раньше весь вообще был виден, и видно, откуда мать постоянно из одного выходила. И он стоит – одну ногу поставит на скамейку и стоит, смотрит, ждёт. Она пересекла дорогу – он раз на балкон. Стоит, ждёт. И без неё никогда не ел и ничего. Постоянно ждал. Когда она поздно, звонил, всё. А вот когда приезжал, играли они сборные. Вот даже бабушка у нас жила, да, первым делом они двери открывали – он первым делом ко мне. Даже спал, я не спал – всё, всё ко мне сначала. А потом уже даже бабушка и мама. Ну, бабке он платки привозил, как обычно. Матери – это фрукты, овощи для компота. А мне всё показывал: значки какие-то, где-то, фотографии, медали. Рассказывал всё.