Продолжательница династии

Я закончила английскую математическую школу, и родителей вызывали в школу, говоря, что у вас растёт великий математик, а она почему-то поступает в театральный. Но потом с этим смирились педагоги. Никогда никто мне не указывал, что мне делать. Всегда это всё были мои решения. Это очень правильно. Я очень рада, что я не сразу попала в этот театр. Я прошла свой путь. Я очень много чего узнала, и везде я добивалась всего сама, и это очень важно. Это очень важно. Потому что дедушка тогда правильно сказал: «Ну как, я тебя, предположим, беру в театр, мы ставим один спектакль в два года, ты будешь сидеть там, скажем, третьим режиссёром, и через шесть лет, может быть, чего-нибудь сделаешь». И, конечно, мне этого не хотелось. Мне хотелось, чтобы всё сразу и сразу. Поэтому я всё делала сама. В жизни мне очень везло на интересных людей. Почему эти люди соглашались со мной работать? Я не очень понимаю, но это удивительно, что со мной работали такие личности, как Геннадий Игоревич Гладков, Журбин, а сейчас - Зацепин, если говорить о композиторах. Когда я делала свою первую антрепризу, в ней согласился участвовать Виталий Мефодьевич Соломин. Мы стали большими друзьями, а потом вдвоём выступали на Бродвее. Я играла на английском языке, а он - на русском. Это было такое one man show, где я ему подыгрывала все роли, вплоть до городничего, на английском языке. Почему они соглашались? Это удивительно, но это моя школа. Это я её прошла. Сергей Александрович Алимов, наш замечательный главный художник, работал в этом театре только со мной, и мы как-то тоже срослись. Я, конечно, с открытым ртом на него смотрела, потому что это был невероятный мастер. Когда его не стало, это была большая трагедия не только для меня, но и для театра. Такой интеллигентности, такого вкуса и такого объёма знаний - я могу только с дедушкой его сравнить. В общем, мне везло в этом смысле.