Первые Отечественные радиолокаторы

К тому времени отец после закрытия этих работ короткое время снова занимался какими-то самолётными радиостанциями. Но очень недолго. А затем занялся не по своей инициативе, в общем-то говоря, то есть его привлекли как специалиста по радиоприёмникам к созданию первых отечественных радиолокаторов. И вот этот Московский филиал Остехбюро, который стал потом НИИ-20, и где отец проработал до Германии, был головным по созданию отечественных радиолокаторов. И если в первом радиолокаторе, созданном в Советском Союзе, отцовский был только приёмник, ну, тоже было несчастье. Был талантливый инженер, Слепушкин такой, ну, который, к сожалению, страдал тоже традиционной русской болезнью – пил. Вот. И в связи с этим, значит, он срывал работу, и главным конструктором стал отец. И он был главным конструктором второго, третьего, четвёртого радиолокаторов, которые были приняты на вооружение. Семнадцать или восемнадцать штук были поставлены вокруг Москвы, ставились на кораблях, на больших крейсерах, и в общем успешно работали. Объективности ради надо сказать, что кроме этого работали и английские радиолокаторы, где-то тоже с 1943 года начали поставлять нам по ленд-лизу. Целью этих радиолокаторов было обнаружить приближающиеся самолёты немцев и навести, по сути дела, в дальнейшем на эти цели наши истребители или, соответственно, уведомить батареи и зачастую даже стоящие рядом с этими радиолокаторами зенитные пушки, и создать стену огня и не пропустить немцев на Москву в данном случае. Или не пустить немцев на Черноморский флот, пока его, значит, ну, пока его не удалось частично затопить, частично увести из Севастополя. Подготовив, соответственно, 16 октября 1941 года своё предприятие к взрыву, а часть эвакуировав в Барнаул, он уехал в Барнаул и работал в Барнауле, выезжая, естественно, на установку радиолокаторов в разных точках – от западного фронта до Владивостока. То есть и во Владивостоке тоже. Опасались японцев, ставили там радиолокаторы. В 1943–1944 годах он получил за первый радиолокатор любимый свой Орден Красной Звезды, который он любил больше, чем все его там пять орденов Ленина и так далее и Золотую Звезду, а вот Красную Звезду он любил больше всего. Ну, личные взаимоотношения его с наградами. Вот. И тогда же он получил через некоторое время Сталинскую премию, естественно, в коллективе. Это послужило и основой того, что потом его выдернули с его успешной дальнейшей работы и сунули вот в эту самую команду в Германию разбираться с управлением Фау-2. Потому что специалистов по управлению, как оказалось, у нас не очень было. Были специалисты по автопилотам самолётов – Пилюгин, вот, а по радиоуправлению кто-то ушёл совсем, кого-то тоже… Ну, кто-то погиб или в мясорубке 1937 года, либо в войну. Конечно, многие погибли в войну. Вот. Поэтому именно по этой причине отца и вытащили.