Алиханян до войны в Московском университете на кафедре был доцентом. Он был в дружеских отношениях, не знаю, насколько близких, с Лобашёвым, они были ровесниками. Лобашёв был доцентом в Ленинградском университете. Оба прошли войну, были активны в науке и, во всяком случае, находились в дружеских отношениях. Поэтому, как только я стал сотрудником кафедры, уже при этой первой командировке в Москву, конечно, меня направил к Алиханяну. «Съезди к Алиханяну, познакомься, там с его лабораторией», вот. Дальше нас, молодёжь ленинградскую, Алиханян поддерживал, выступал в качестве оппонента. Потом и по моей докторской. Ну, он, да, Лобашёв его пригласил в 58-м году, он прочёл небольшой курс на кафедре генетики микроорганизмов. С 59-го года я стал читать этот курс лекций. Ну, Алиханян был, как кто-то из его сотрудников потом написал, великий организатор. Ну и вообще, очень яркий человек, конечно. И на всех нас он просто влиял, как яркий человек, благожелательная личность. Очень остроумный, живой. Так что это скорее человеческое влияние, чем научное. Но, так или иначе, первые лекции по генетике микроорганизмов в Ленинградском университете прочёл он, а вторым, после него, был я.