Мои последние встречи с отцом

Вы знаете, последние, практически последние годы жизни мы очень редко общались. Он жил в другой семье, и... когда мы виделись, я не могу сказать, чтобы он как-то очень часто передавал свой опыт. Но он всё-таки общался, встречался и с молодёжью, что-то рассказывал. Он работал очень долго – они занимались аэрофотосъёмкой, в организации, которая занималась прогнозированием урожаев и так далее, с космоса. Возглавлял эту организацию – «Москадастрсъёмка», по-моему, она так называлась. И он всем этим занимался. А о космосе он очень редко давал интервью – всё. Это основная часть жизни была, конечно. Это была его память, его жизнь, его интересы. Хотя у папы было очень много других интересов тоже. Он же тоже занимался НЛО. Да, он тоже занимался НЛО, он тоже во всё это верил, между прочим. Он тоже написал одиннадцать–двенадцать книг, понимаете. Он тоже этим всем занимался. У него были другие увлечения, также как и у мамы. И рыбалкой он занимался, и боксом – он возглавлял Федерацию бокса. Он спортом интересовался. Так что у него было много увлечений тоже. Вы знаете, у меня было такое ощущение, что он, конечно, очень чувствовал себя одиноким. Он всё равно был одинок. И как-то ему тяжело было всё это переносить – это одиночество. Мы так с ним продолжали вместе молчать, друг друга понимая. Виделись очень редко, очень редко. Хотя мы старались. И он никогда, ни разу, не пропустил день рождения моей дочки. Ну и мой день рождения, и сестры день рождения. Только один раз – перед тем как он умер. Представляете? Он уходил, он пропал, я его начала искать – в Крыму нашла. Всё нормально. Я говорю: почему ты не позвонил? – ну, вот так получилось. Он мне позвонил… вернее, я ему позвонила. Он умер 29 сентября. Я ему позвонила где-то, наверное, в начале сентября. Я куда-то торопилась, и он мне говорит: «Вот ты знаешь, сейчас пересмотрел какие-то кадры – как я прилетел, как мы встречались». Я говорю: «Ой, пап, ты знаешь, не могу говорить, времени нет, мы с тобой обязательно поговорим. Мне слава богу, что ты живой, я очень рада. Я тебя целую. Что у тебя всё в порядке – давай, всё». Всё. Это был наш последний разговор. А ушёл – за полчаса. Полчаса, инсульт – и всё. Нет человека.