Грибов, когда что-то я хотел снимать, он сказал: «А что такое, как это нужно?» Немножко так, очень независимо, очень независимо. Но когда я посмотрел его спектакли, особенно был первый его юбилейный спектакль, где он сыграл «Горячее сердце», «Ленин», «Мёртвые души», ещё какой-то спектакль. И всё это мгновенно – по 10–15 минут. И как он катался, и как он был, а уже годы... Я вообще его обожал. Сборная солянка его – это его юбилей. Он показывал, ну, с партнёрами, конечно, всё это, всё это. Но такой близко недостигаемый. Ну, нет, если мне нужно, чтобы это было, я ему говорил: «Алексей Николаевич, я хотел бы». – «А тебе очень нужно?» Я говорю: «Нужно». – «Сегодня не могу». Вот так. Всё с Алексеем Николаевичем. Много-много можно рассказывать.