Восстание в Темиртау в 1959 году. Бесценный опыт работы на производстве

Ну, там были, приехало большое количество молодых ребят, комсомольцев. По-моему, это был 59-й год, летом, июль – начало августа. Они жили в палатках, у них был целый палаточный городок. А я уже через год получил комнату в трёхкомнатной квартире. Трёхкомнатная квартира: две комнаты проходные и одна маленькая непроходная. В маленькой комнате жила семья, 9 квадратных метров, два, три, четыре человека. Проходная комната – муж с женой молодые, а за ними маленькая комната, там был я. Это ужас, да. В палаточном городке были очень тяжёлые условия. Утром нужно идти на работу, а работа на стройке тяжёлая. В Казахстане летом жара 35 градусов, пыль, солнце. Не пойдёшь без одежды, сапоги обязательно, потому что, если идёт дождь – повсюду грязь. Иногда мне приходилось менять сапоги четыре раза за смену. Мы работали не одну смену, а меньше полутора смен не получалось. В таких условиях ребята приходили домой, воды нет, помыться негде. Терпели, а потом взбунтовались. Захватили автобазу – у нас была громадная автобаза, полторы тысячи машин. Трест был колоссальный, 25 тысяч человек. Представляете, организация? В управление под тысячу человек, трест – 25 тысяч. Автобаза – полторы тысячи машин. Ребята перегородили дороги, три дня такие тяжёлые были, потом навели порядок. Смена восьмичасовая, полторы… Если ты прораб или начальник участка, первая смена ушла, вторая вышла – домой не уйдёшь. Душа болит. Опасно. Бетон может не прийти, надо ехать куда-то выбивать. Это не как сейчас: нажал кнопку – всё приезжает. Особенно в те годы, 60 лет назад. Производство представлял я сам. Когда учился в институте, увлекался сопроматом, строительной механикой. Эти знания пригодились, когда работал прорабом, потому что приходилось разбираться с конструкциями. Бывали случаи, когда колонны для промышленных зданий изготовляли прямо на площадке. Не привозили с завода, а бетонировали на месте: по 20–30 метров длиной. Делали специальные настилы, надо было всё понимать, чтобы рабочие правильно арматуру положили. Бывали курьёзные случаи. Рабочие учились в вечерних школах. Приходят и говорят: «Не могу решить задачу по математике, решишь?» Если мастер не мог решить – они отказывались с ним работать. Ребята уже прошли армию. Я помню одного, Кононова Алексея, увлекался предварительно напряжённым бетоном, был бригадиром арматурщиков. Он приходит на работу и говорит, что не понимает вопрос. Я говорю: «Приходи вечером, объясню». Он приходит и приносит бутылку ягодного вина.