А потом, значит, на пятый раз, это 44-й год уже, начало 44-го года, ещё написал заявление, вдруг призывают меня в военкомат. А перед этим я умудрился с помощью своего отца перевестись. Ну, полтора года я там проработал, уже сил нету туда ездить это всё время. Он договорился с этим заводом, 470-й ленинградский. И меня перевели с того завода в этот завод. В авиационном техникуме, правильно, потому что освободили помещение авиационного техникума. Я был сборщиком третьего разряда, собирал приборы. Ну, что мне запомнилось, у нас, до сих пор я знаю, ну, их уже нету в живых, бригада была. Вот где актовый зал сейчас вот, я вспоминаю всё вот это полукруги. Мы сидели за стеллажами, собирали приборы. Потом, значит, меня вот приглашают в военкомат. Я там полгода проработал. Коллектив хороший был завода. Да, уже блокада снялась, и завод стал уезжать потихоньку. Ну, как всегда. И тут уже приказ Сталина – разрешить в армию забирать старше 17-и лет. Война уже пошла на убыль. Ну, он уже предвидел, не только, может, он и руководство, наше правительство, что война кончается, война кончится – и все с фронта убегут. Вот старики, кто воевал там 3, 4, года, 2, всё, всё бросят и убегут, уедут просто, не удержать их. Вот взяли, собрали молодёжь и меня направили вот в ВМАТУ – Военно-морское авиационно-техническое училище.