Пленные немцы

Мы приехали, там такой склон… Ну, Крым есть Крым: степь, или горы, или берег. И вот мы недалеко от берега, степь вниз и самый большой фруктовый сад в Крыму, второй сад по величине, восемь километров длиной, один километр – шириной. И вот начиная с черешни, с мая, и до октября, до орехов, вот мы питались всем этим в саду. Так мы удивились, мы приехали, такой гладенький, чистенький, убранный. И ещё там росла трава лечебная, её садили, не помню, люцерна не люцерна, что-то вроде этого. Трава лечебная там полностью засажена была. Ну, я ребят спрашиваю: «Кто ухаживал за этим садом?» Ну, конечно, они не знают. Немцы всё это ухаживали, всё смотрели, были представители. Мы там и встречались. Первый раз мы встретились: 5 немцев едут на тележке, на лошади. Увидели нас, остановились, вылезли, встали перед тележкой этой тарантасом, а мы 7 человек пошли в село там погулять к девочкам. Я сейчас скажу, почему у нас так-то получилось, что мы связь с местным населением, особенно с молодыми. Мы молодые, и нам тоже, как молодым, хочется... Мы сделали танцевальную бетонную площадку, поставили 4 столба и поставили там прожектора авиационные, аэродромные, здоровый свет, их далеко видно было – на 7-10 километров. Ну и вот стали к нам ходить девушки. Ну, а немцы, вообще немцы, нужно сказать, что молодцы. Они, пока там были, такие дороги сделали, изумительные до сих пор дороги. Вот Феодосия – Симферополь бетонная была там, ну, вообще. Ну, вот я спрашиваю ребят: как ходили девочки к нам, если всё время ходили танцевать на бетоне? От них – ну что, деревня, такие посёлочки маленькие. Ну, многие-то не знают, а они, оказывается, босиком ведь все ходили, туфли в подмышку и к нам приходят на танцы. Одевают, потанцевали, опять туфли под мышку и домой. По 7-10 километров ходили. Видно, когда у нас прожектора загораются, ну, у нас своя музыка была. Ночью танцы. Они, значит, приходят. И вот мы так же пошли, по саду идём, тележка. Остановился. Старший выходит. Поздоровались, как могли, кто на каком языке. Ну, мы на всяких языках, даже вплоть до китайского. Они на немецком. Я это к тому, что мы ничего не знали, ну, знали кто немецкий, кто английский изучал, вот я немножко английский изучал в техникуме. Поздоровались. Он лезет в карман, достаёт фотографию и показывает. Показывает Сталина, фотографию Сталина и говорит: «Сталин гуд, Гитлер капут». Вот так прям: «Сталин гуд, Гитлер капут». Ну мы: о-о, всё, давай переговаривать. Ну, вообще немцы – есть немцы. Спрашиваем их: «А вы как сюда-то попали к нам?». Они следили за садом, они строили аэродром, ну, за всё они. «А мы, – говорит, – нас Гитлер подобрал всех последних со всех этих своих территорий и направил на фронт. Только направил, а мы все сдались». Они сразу сдались, даже не воевали. Ну, вот их и прибрали. Ну, вот так мы у них в гостях были. И вот особенно нам запомнилось, что, когда мы там были, приехали-то, ничего не было, а строили, начали строить. Немцы строили, восстанавливали этот клуб, аэродром, который под планерную школу, а мы сами для себя строили.