1-й торпедно-бомбардировочный полк Черноморского флота

Когда распределяли, я попал на Чёрное море. 1-й полк, бомбардировочно-торпедоносный, в общем, 1-й торпедно-бомбардировочный полк Черноморского флота, вот как назывался. Это в Феодосии, в городе Феодосии. Ну, там, конечно, мы когда после окончания приехали, там, конечно, в Чёрном море уже никаких кораблей гитлеровцев не было. Ну, где уже, 44-й кончается, там или корабли утопленные были, или они у берегов стояли, или удрали через эти проливы туда на Средиземное море, там вообще их добивали. Так что у нас летали только бомбить уже Румынию и Венгрию, где у Гитлера были нефтяные залежи-то вот эти все. Два года мы жили в палатках. Значит, Феодосия, от неё 17 километров был самый лучший у нас в России и в Европе планерный, как он назывался, планерный клуб что ли. Самый лучший. Там на планерах летали,по 3 часа, не садились. Вот взлетает и 3 часа болтается. Планер без двигателя, они… Самый лучший был, устроенный, всё. Гитлер, немцы пришли, всё до кирпичика разнесли. И аэродром, ну, аэродром был такой тройной. Все помещения. Мы приехали, вообще ничего нет. Вот жили в палатках. Два года было холодно, четыре года я прожил. Ну, два года мы там в каменном уже жили… А вот два года был, ну, мороз не мороз, но снегу было столько, что танки заносило. И машины на трассе заносило по крышу. Приходили танки и вытаскивали грузовики из снега. 20 кроватей двухэтажных. Все вместе жили: и технический состав, и мотористы, и лётчики, и штурманы – все. Я уже был техник. Механик самолёта, уже всё знал. Ну что, даже мы свои-то знали, мы же даже американскую технику уже знали, а к нам прислали как раз «Бостоны». Ну, так что мы, мы приехали, было там 6, вот я помню, вспомнил, 6 офицеров, которые ещё были механиками самолёта, их сразу убрали. Начальник бензозаправки, там, начальник хозотдела, начальник склада какого-нибудь, всех 6 человек, и нас поставили прямо сразу сходу механиками. Ну, мы что: они практиканты, а мы уже всё знали.