Моё отношение к Сталину

Очень положительно. Очень положительно. Я его бесконечно уважала за одну очень важную вещь. Он всю жизнь учился. Всю жизнь. И когда ему надо было решать какое-то дело, он, прежде всего, собирал специалистов и с ними обсуждал всё. Как он потом принимал, так или не эдак, я не могу сказать, но то, что он непрерывно консультировался с теми людьми, кто знали, это знали все, понимаете? И вот это для меня очень важно было. Но потом про него стали много чего говорить и много чего навешивать. Я не верю в это дело, потому что да, он в начале войны был не в полной форме, и это известно, но потом он уже держал. Ну и потом у нас были такие полководцы! А ведь без его разрешения никто бы из них не стал полководцем. Понимаете, какая штука? А они выиграли войну, значит, он там шушеру не ставил. Поэтому это ещё укрепило моё уважение к нему как руководителю. Конечно, можно сейчас раскопать какие-нибудь чёрные пятнышки тут и там и заняться этим видом спорта, но у нас сейчас так много больших чёрных пятен, что мы до тех не скоро доберёмся. Понимаете. Это совершенно другого масштаба.